Здравствовать тебе много лет, Чагатай, хранитель Ясы! Пишет тебе твой добрый друг Конрад (добрый только для правоверных, а еретикам и колдунам не место на белом свете). Как ты знаешь, я неплохо устроился здесь, при Елизавете. Я смог внушить ей достаточно ужасов перед муками геены огненной, и теперь она и её супруг Людовик, наш государь, всячески способствуют развитию святой инквизиции в родной Германии. Должен заметить, что дело это богоугодное и непростое. Хотя большинство жителей смиренно внимают проповедям наших священнослужителей, встречается еще и у нас слуги дьявола, которых необходимо искоренять. Вот, например, вчера к нам приволокли одного из той гнусной нации, которые распяли Господа нашего Христа (уверен, Чагатай, что и Вам они насолили изрядно, эти обрезанные мерзавцы). Это был приспешник Сатаны Яков Кац, один из богатейших жителей деревушки Вере, что неподалеку от моего родного города. Сам посуди, если человек не сеет, не жнет и вообще не трудится в поте лица своего, а лишь дает деньги в рост и живет, получая прибыль куда большую, чем за честный труд, – не очевидно ли, что это богатство от дьявола? Впрочем, беспокоиться об увеличении своего имущества грешнику Кацу не придется, поскольку оно перешло во владение церкви. Можешь ли ты себе представить, что он предлагал мне, Конраду Марбугскому, своё грязное золото в обмен на свободу? При этом он категорически отрицал какие-либо связи с дьяволом. Ну, что ж, раз человек честен и открыт перед Богом (а ведь даже нехристь, покаявшись, может получить прощение и спасение), ему бояться нечего? Поэтому мы обошлись с ним ласково и даже усадили в специальное почетное кресло. Кесарю кесарево, иудею – иудеево.

«Кресло иудея» – это очень интересное приспособление: высокий стул, но вместо сиденья на нем – высокая четырехгранная пирамида. Над креслом расположены цепи и железные обручи, в которых мы заковываем заключенных. Когда человек повисает над креслом на этих ремнях, мы начинаем допрос (Господь да защитит праведников и покарает грешников). Палач, роль которого в этот раз исполнял твой покорный слуга, располагает узника таким образом, что его анус насаживается – едва-едва – на самую верхушку этой пирамиды. При этом цепями можно управлять так, что глубина входа пирамиды регулируется по усмотрению палача. Поначалу это не очень страшно, но чем глубже входит острие, тем сильнейшую боль испытывает человек. Когда мы хотели передохнуть от криков, поднимали при помощи цепей Якова повыше, когда намеревались выжать из него признание – соответственно, пониже. Обычно человек умирает от разрыва внутренностей (хотя жизненно важные органы при этом не страдают), от кровотечений, от болевого шока. Впрочем, мы не были слишком жестоки, – в конце концов просто отпустили одну из цепей и раскаявшийся во всех своих грехах – но слишком поздно – еврей умер, насадившись на пирамиду всем телом. Аминь.

Конрад Марбургский, Dотini сапеs, Марбург.