Приветствую тебя, Чагатай, сын Чингизхана. Надеюсь, что ты не ранен в боях, а благополучно добрался до Китая, и сейчас предаешься заслуженному отдыху. Кстати, когда вы поосвоитесь, пришли мне несколько локтей шелка для священного покрова на алтарь. У нас всё тихо, еретики пытались поднять бунт, однако были подавлены и казнены рыцарями нашего ордена. Кстати, один из бунтов возглавил катарский приор Генрих Гослар, к сложенному костру которого я собственноручно поднёс горящую головешку. Надеюсь, что муки, терзавшие его тело, хотя бы слегка очистят его душу перед лицом Всевышнего, и, горя в кипящей смоле, бедняга найдёт прощение, когда наступит Страшный Суд. Однако то, что ересь проникает и в ряды духовенства, да делает это всё настойчивее, меня очень беспокоит.

Впрочем, я хотел тебе рассказать о другом случае. К нам в руки попал 17-летний юноша, которого обвиняли в богохульстве и поношении священной церкви. Его звали Ульрих Кракен. Должен отметить, что в его лице, красивом и тонком, были, однако же, все черты одержимого дьяволом, – черные, как смола, глаза, словно подернутые какой-то пленкой, – крепкие острые даже на вид зубы, великое множество родимых пятен на теле. Всё время, что мы пытались вести допрос обычными методами, дабы понять, является ли наш пленник добровольным слугой Сатаны или же его жертвой, юный Ульрих молчал, что сделало ситуацию совершенно ясной, – он продал свою душу, и нечистый даровал ему такую стойкость. Впрочем, производил юноша впечатление не совсем здорового человека, – он был вял, бледен, словно опоен каким-то отваром. Но тот, кого направляет рука Божия, всегда найдет ответ на коварный вопрос дьявола, – и мы решили применить новое средство, автором которого, без лишней скромности, является твой друг Конрад, инквизитор из Марбурга. Средство это – слегка усовершенствованная дыба, которую мы назвали «немецкой лестницей». Так, мы привязали Ульриха к особой лестнице, прислонили к стене и начали допрос. Пленник по-прежнему не подавал признаков жизни, не говоря уж о раскаянии, но, как только лестница начала растягивать его члены, вывихнув руки и ступни, а также (вот мой скромный вклад в это, без сомнение, полезное изобретение!) острые края ступеней впились в его спину и филейные части, он тут же заговорил! И что ты думаешь, Чагатай? Всё подтвердилось, – он, словно очнувшись ото сна (видимо, при виде орудий Господа его хозяин Сатана покинул тело своего презренного слуги), начал кричать, посылать небу проклятия и осыпать ими нас, его же лекарей! Преступление было настолько очевидно, что долго продолжать пытку не имело смысло, и мы сожгли Ульриха Кракена там же вечером на главной площади.

Уже потом я узнал, что этот юноша совратил дочь одного из богатейших жителей нашего города, 16-летнюю Мартину, а её отец, разгневанный, заставил его выпить одурманивающее зелье и отослал к нам. Впрочем, я и в этом нахожу знак милости Господней, – я уже говорил, что из мальчишки наверняка вышел бы еретик, а так, – он попал на небо, не успев совершить более страшных преступлений.

Конрад Марбургский, Dоmini сапеs, Марбург.

Уникальных посетителей темы: 27