Приветствую тебя, Конрад! Я верил в то, что ты заставишь этих людей прислушаться к тебе, и разрешение вашего вождя – лишь умелое оружие в твоих руках. Уверен, ты сумеешь им воспользоваться, как подобает мужчине.

Мои же новости не так светлы, как я хотел бы тебе поведать. К сожалению, китайцы временно взяли реванш, – эти проклятые желтокожие людишки, – и мы были вынуждены отступить от Стены на некоторое расстояние. Конечно, их шансы победить от этого не выросли, и наша победа оттягивается лишь на короткое время, однако нашим воинам будет немного сложнее. А воевать там, где противник сидит за высокой стенкой, где он лучше знает местность и чувствует свой дом… впрочем, я зря предаюсь унынию. Мой отец был бы сильно разгневан, если бы знал, что его сын и наследник боится каких-то мелких желтопузых воинов. Сыны Великой Монгольской Империи никогда не отступали и перед большими опасностями, что говорить об этой армии.

Впрочем, некоторые из этих людей вызывают у меня уважение и интерес. Помнишь того пленного, что дал нам семена бамбука? Я часто с ним разговариваю, – насколько это возможно военачальнику и пленному, которые плохо знают язык друг друга. Но я учусь, и, должен сказать, это довольно интересно. Чжоу Хынь, – так зовут моего пленного, – бывший стражник, которого выгнали за чрезмерное пристрастие к курению трубки. Чжоу объяснил мне, что опиум давал ему возможность ощутить весь мир, а не только его маленький городок в устье реки Янцзы. Так вот, за недолгую жизнь (хотя Чжоу и выглядит древним стариком, но это из-за наркотика, – наши долгожители выглядят не хуже своих внуков), ему приходилось выполнять десятки казней. Некоторые из них так интересны, что я должен рассказать тебе о них.

Например, однажды ему пришлось казнить любовника жены одного из крупных сановников, – она приезжала к нему в их городок, и все об этом знали. Сановник же узнал об этом последним, и, разгневанный, приказал казнить блудодея самым жестоким образом и прямо на месте. А, так как стражи прибежали, когда парочка находилась в постели, всё, что им понадобилось, – острый красный перец. Любовника натёрли им с ног до головы, особое внимание уделив тому органу, из-за которого он и попал в эту передрягу, после чего завернули в простыню и все одеяла, которые только смогли найти. Пряность, которая так ценится во всём мире, – насколько я знаю, и в вашей стране тоже, начала жечь мгновенно, и крики любовника были слышны по всему городу. Он сильно потел, и одеяла способствовали этому, но пот словно прожигал на его коже раны и усиливал больше. Через пять часов он был мёртв, а о судьбе жены сановника больше ничего не было известно.

Как видишь, Конрад, в чём-то эти люди похожи на нас. Но мы творим жестокость только по необходимости, и никогда – столь изощрённую. Впрочем, возможно, не все они такие, – есть же у них и женщины, ставшие жертвой красоты, и дети. Но это не имеет значения – всем им придётся пасть перед монголами.

Прости за короткое послание, – часы отдыха всё короче. Костры гаснут, и вновь пора по коням. Да поможет нам Тенгри.

Чагатай, сын Чингиз хаана и Великой Монгольской Империи

Уникальных посетителей темы: 38