Приветствую тебя, мой друг Чагатай! Будучи в сильном волнении, несмотря на поздний час и дрожание моих рук, я пишу тебе это послание, желая как можно скорее поделиться ужасными нравами дикой холодной страны, которую называют Russland. Насколько я знаю, вы находитесь не так далеко от них, но ещё более против того надеюсь, что вы никогда, никогда не совершаете таких ужасных, богопротивных вещей!

Но начну с самого начала. Сегодня вечером я намеревался лечь пораньше, так как утром планировал поездку в одну из деревень близ Марбурга, где меня ждали крестины, двое похорон и проповедь для крестьян. Прислужник собрал уже всё необходимое, как вдруг в дверь постучали. Дом священника, от деревенского служки до папы римского, всегда должен быть открыт для того, кто нуждается в помощи, но, должен отметить, Чагатай, я был несколько удивлён подобным визитом, так как мало кто, кроме самых важных персон двора Людовика, знал о том, что это мой дом, – я старался не распространять сведения о своём адресе, чтобы мою богоугодную тихую жизнь не нарушали события извне. Но не открыть мы не могли, и, едва дверь распахнулась, как на порог ввалился заросший волосом мужик в полушубке, хотя на дворе было ещё совсем не холодно. Он говорил на плохом польском языке, но мой прислужник, который когда-то жил и учился в Кракове, кое-как переводил мне его бессвязные речи.

Оказалось, что этот человек прибыл сюда аж из самой Russland, чтобы стать проповедником новой веры, точнее, не совершенно новой, а усовершенствованного христианства. Признаться, да простит мне Господь это прегрешение, мне стало интересно, какие же изменения варвар хочет внести в единую безупречную веру? Иногда мне и самому казалось, что наша вера еще не до конца оформилась, что можно внести измениня и… тьфу-тьфу-тьфу, сгинь, Сатана, не искушай меня, как Господь свят. Я был готов услышать речи о богатстве (неоднократно самые жирные овцы моего стада спрашивали, правда ли, что богачу никак не попасть в рай, и я их успокаивал), о блуде и о гордыне, – о чём угодно! Но этот сумасшедший… при мне и моём послушнике… снял штаны и продемонстрировал нам изувеченный мужской орган! Он был оскоплён наиболее изуверским способом, то есть, орган был отсечён практически напрочь. Увидев наш ужас и отвращение, ужасный гость не только не смутился, но и горделиво сообщил, что сделал это собственноручно! Для этого ему пришлось обвязать орган верёвкой и, – мне противно писать эти строки, но лишь беспристрастное описание поможет искоренить этот ужас, – отрезать его напрочь, а затем прижечь, чтобы остановить кровь. Также дикий человек пояснил, что вводил себе в дыру для мочеиспускания свинцовый гвоздь, чтобы рана не заросла вовсе, а давала возможность выводить жидкость из организма. На вопрос, заданный моим перепуганным послушником, как же тот не умер от жгучей боли, мужик спокойно ответил, что принимал отвар ягод, широко распространённых среди людей его веры. Далее он пытался убедить меня, чтобы я, как человек влиятельный, принялся убеждать остальных христиан делать то же самое, чтобы раз и навсегда искоренить блуд и принести на землю радость платонической любви, и не знать другой страсти, кроме как страсть к Господу нашему, и жить без греха. Тогда я велел переводчику спросить, как же должен размножаться род человеческий, дабы дети да искупили грехи отцов своих, и гость замахал руками и залопотал, что людям нет нужды размножаться, нужно лишь замаливать свои грехи, а когда умрёт последний из скопцов, – Господь создаст новых Адама и Еву, и уж они-то будут безгрешны.

Что я хочу сказать, Чагатай, к тому времени я уже понял, что перед нами еретик, и к тому же фанатик, но, всё ещё завороженный кошмарным зрелищем изуродованного органа, смог только приказать слуге убрать его из моего дома, как можно скорее, чтобы и духу его здесь не было. Крепко помолился, но сон всё не шёл, и вот я решил написать тебе. Что за люди живут в этой стране? Как они могут так беспощадно и бесстрашно терзать себя? И не во имя Господа, а во имя своей    гордыни!

Не знаю, как я лягу сегодня спать. Мне всё чудится, что мужик в полушубке бродит под окнами моей кельи с ножом…

Конрад Марбургский, Domini Canes, Маргбург

Примечаниe Историка: в то время скопцы ещё не были известны и уж тем более широко распространены на Руси. Возможно, это был один из предшественников нового религиозного течения. Скопцы действительно знали толк в природных наркотиках, отварах и настоях из ягод и трав, а также отличались нелюдимостью, жестокостью и страстью к накоплению и богатству.

Уникальных посетителей темы: 25